Один-кун был спокоен — он знал, что его деревня рано или поздно погрязнет в вонючих отходах её жителей. Теперь каловые массы устилали всё вокруг.
Тяжёлые кирзовые сапоги ступили на коричневую жижу, Один-кун поправил фетровую шляпу и огляделся.

Бомж, ранее прятавшийся в канаве, прозванной в народе очкочаном, вылез наружу. Его грязную кепку украшала надпись SOИY, а из карманов торчало наворованное мыло. Попугай, раньше весело чирикавший в небольшой клетке, задыхался от ужасного запаха и кричал: глупые ребятишки цепляли ему цветастые маски одну за одной.
Один-кун засмеялся. Его громкий хохот разбудил маленькую фею, которая нашла убежище в небольшом сортире. Она осторожно выглянула из домика и поёжилась — выходить было страшно.
Тяжёлые сапоги Один-куна с похлюпываниями ступали по «зыбучим пескам», ноги тонули по колено, а неверный шаг мог стоить жизни.
Совсем рядом пробежал грозный петушок, он громко прокукарекал и скрылся за туалетом. Сырная фея прокричала что-то ему вслед, но тоненький голосок никем не был услышан.
Каждый новый шаг давался Один-куну всё труднее и труднее, в какой-то момент он не уследил за телом и с головой погрузился в ужасные пучины деревенских отходов.
Ему показалось, что смерть наконец победила его, но чья-то сильная рука потянула мужчину вниз и перед взором Один-куна открылся широкий зал с мраморными колоннами и бордовыми занавесками. На стенах висели красивые портреты кукол, казалось, их глаза следили за каждым движением.
Вдруг кто-то похлопал его по плечу и прошептал: «Добро пожаловать в ФДЦ».