На улице был туман за которым с трудом проглядывались лишь очертания экипажей.
- За сим извольте откланяться, джентльмены, до скорого.
С этими словами молодой пекагосподин, во фраке, с цилиндром на голове, покинул элитный пекаклуб для изысканных господ. На крыльце, у самого края красной ковровой дорожки его уже ждал экипаж. Пекаджентльмен, неспешной походкой, отблескивая лакированными туфлями, уже было направился к ней, как тут же почувствовал, невыносимый смрад. Ему в ноги кинулась сонигнида, покорно преклонившись перед молодым господином. Руки оборванца, на которых были следы засохших экскрементов, потянулись к его правому туфлю. Сонигнида уже было бросился вылизывать подошву его туфля, как тут же получил глухой удар тростью в лоб.

— Господин, прошу вас не бейте, — завопил оборванец.
Пекагосподин окинул еще раз брезгливым взглядом это жалкое подобие человека.
- Покорно прошу вас, господин, подайте милостыню нищему сониребенку. — продолжила сонимразь, потупив взгляд в пол. — Мне не хватает 2300 на свежее мыльное кинцо, я уже много месяцев не играл в игры, только мыльное кинцо.
Из опухших глаз сонивыродка, похожих на два красных нароста заместо глаз, сочились мыльные слезы.
Джентльмен с презрением плюнул на скорчившегося перед ним сониурода, и вынул из внутреннего кармана фрака шелестящую банкноту.
- Вот, подавись. А теперь убирайся с глаз моих долой, смерд поганый.
Сонивыродок тут же кинулся за банкнотой, с истерическим смехам, спотыкаясь побежал восвояси, за очередной порцией мыла.
Господин сел в экипаж и приказал извозчику отправляться.
Какое только отребье ни встретишь на улице — подумал пекаджентльмен.
Дома его ждала уютная атмосфера пекагейминга, сигары, изысканный виски 25-ти летней выдержки, и целая подборка шедевральных произведений игрового пекаискусства.