Жила-была как-то Вконтактике одна Моча, ругалась там матом, петросянила, толсто всех троллила, смотрела картинки с желтыми рожами да рисовала фуу-комиксы. Но однажды картинки закончились, комиксы надоели, и решили моча пойти приключений искать.

Пошла Моча по интернетам. Идёт себе, идёт, видит: Ычан стоит. Стены обклеены плакатами заморскими с непонятными надписями, внутри сидят механические куклы, чай пьют, ведут светские беседы. Летают девочки-феи с ледяными крыльями и кричат «Бака! Бака!» Короче, ни лулзов, ни мемов. Не понравилось Моче на Ычане, и она дальше пошла.

Идёт себе, идёт, видит: Доброчан стоит. Хотела Моча в него зайти, да не смогла в узкие Оффициальные™ треды затечь, а больше ничего там и не было. Пошла Моча дальше.

Идёт себе, идёт, видит: Нульчан стоит. Постучалась моча: «Нульчик-стульчик, кто в тебе живёт?» И ответили ей:
«Я, улиточка морская!»
«Я, мята!»
«Я Пахом, на Зелёном Слонике верхом!»
«Я, Наиль Идрисов: мать продашь или в жопу дашь?»
«Я, Грелль, в жопе ель!»
«Я, Заяц, по хуям скиталец!»
А ЕФГ ничего не ответил, потому что умер. Зашла Моча на Нульчан, но тут хлынул вайп из говна и педалей и смыл ее прочь. Пошла Моча дальше.

Идёт себе, идёт, видит: Одинчан стоит. Постучалась моча: «Одинчан, со стрелами колчан, кто в тебе живёт?» Отвечали ей:
«Я, Колкун, по хуйцам скакун!»
«Я, Кириме, хуй в говне!»
«Я, Сырнопизда, всему миру я звезда!»
«Я, Очкопетух, мой мозг давно протух!»
«Я, ЗКП, Зашкваренная Копро Педаль!»
Понравилось Моче, стала она затекать на Одинчан. Текла, текла, уже 50 литров затекло, но тут Колчан не выдержал и лопнул. Пошла Моча дальше.

Идёт себе, идёт. Видит: Сосач стоит. Постучалась Моча: «Сосачан-Педальчан, кто в тебе живет?» И отвечали ей:
«Я, Сосака, рваная срака!»
«Я, Смит, мочой облит!»
«Я, Инквизитор, обоссаный свитер!»
«Я, Арх, обыкновенный жопотрах!»
«Я, Елизавета, на хуй надета!»
Обрадовалась моча: все свои. Затекла внутрь и давай рулеточки крутить и баттхерт-фейсы постить. Правда, иногда, когда Сосака шатала свой Сосач, моча разливалась и снова шла по всем интернетам, за что ее не любили, но это уже другая история.