раздался пронзительный голос со стороны параши.
Но пацаны, как всегда, не обратили внимания на это визгливое кукареканье. Пусть кукарекает, что с него взять?

Шизик — не человек, и сегодня ему предстоит очень трудная ночь. У него уже в течение полутора лет каждая ночь была очень трудной, и теперь его анус был разработан настолько, что он без труда мог спрятать в нём любимую корку сыра.