Смитанус вышел подышать свежим воздухои и пошел по тропинке, ведущей от Оланета к поместью Харкач-Мэнор. Остановившись у колючей изгороди он обратив внимание на табличку, которая гласила корявыми сбитыми буквами: «Помните о нас, ибо мы тоже когда-то жили, смеялись и любили.»
Смит хмыкнул, пожав плечами и толкнул ворота изгороди ногой, та со скрипом отврорилась. Войдя на территорию поместья Смит сразу приметил неухоженные сады и его посетителей — Люди в зачуханых банных халатах от которых исходила вонь, по саду так же расхаживали и другие, более приемлимые люди. На них были ярко белые полу-тюремные робы и пакеты на головах с двумя дырками для глаз, на поясе у них красовались банхаммеры. Некоторые из них били чухонь в лахатах и ссали на них. Вдруг из ниоткуда перед Смитом появился Коммисар, щуплый мужчина в черном плаще с пакетом на голове, из дырок которого виднелись глаза с лопнувшими сосудами и зрачками-блюдцами.

— ТЫ ШТО ТУТ ДЕЛАЕШЬ АААААААА?, — завопил Комиссар.
- Гуляю, — ответил Смит.
- НУ ЛАДНААААААА, — с вопляими Коми скрылся в кустах.
КОгда солнце уже уходило в закат все посетители Харкач-Мэнора начали себя странно вести. Они ябали друг друга в жопу. Один крикнул СМИТОЦЕФАЛ ПИСЮ САСАЛ.
Смит сразу почувствовал вкус мочи и вялого хуя у себя в ротешнике. Его начали ебать в жопу и в рот, а потом обоссали и отпустили. Засунув при это бильярдный шар ему в очко.
Конец.