Ну это такие ололо из молодежной культуры, ответил Самарцев. Мы их называем мемокодами.

Мемокод? переспросил Энлиль Маратович. Что это?

Такой… Ну как сказать… Такой спецтэг, который указывает, что данная информация исходит от молодых, светлых и модных сил. Из самых недр креативного класса.

А для чего это надо?

С помощью таких тэгов можно повышать уровень доверия к своей информации, сказал Самарцев. Или понижать уровень доверия к чужой. Если вас в чем-то обвинят не владеющие культурной кодировкой граждане, вам достаточно будет предъявить пару правильных мемокодов, и любое обвинение в ваш адрес покажется абсурдным. Если, конечно, на вас будет правильная майка и вы в нужный момент скажете какбе или хороший, годный.

Рама, ты понимаешь, что он говорит? спросил Энлиль Маратович.

Я кивнул.

Креативный класс это вообще кто?

Это которые качают в торрентах и срут в комментах, ответил я.

А что еще они делают?

Еще апдейтят твиттер.

А живут на что?

Как все, сказал Калдавашкин. На нефтяную ренту. Что-то ведь дотекает.

Они и в Америке сейчас поднялись, добавил Самарцев. Типа римский народ. Требуют велфера и контента, как раньше хлеба и зрелищ. У них вся демократия теперь вокруг этого.

Понятно, Энлиль Маратович. Вот так всегда и говорите коротко, ясно и самую суть. А то слышу со всех сторон про этих интернет-сексуалов, а кусать лень.