Когда я какаю, то вспоминаю картину Шишкина — «Утро в сосновом лесу». Каждая какашка из моей попы напоминает чешуйчатую шишку, которая ароматно падает на медвежат. И еще иногда течет смола, скопившаяся за каловой пробкой и медленно стекает по стволу моей задницы и ног на пол. Подтирание же ануса есть крайнее варварство — кто станет сдирать кору с живых деревьев просто так? Поэтому я всегда хожу со свежей деревяной сукровицей в трусиках, которая еще пятнышко оставляет коричневое.

А потом я загорелся и умер.