«Нет, по-русски он не говорит. Почему решил поехать именно в Москву? А черт его знает, просто захотелось, может, прабабушка была из России, не спрашивал», — написал мне приятель, чей канадский друг приезжал через два дня, и нужно было кому-то с ним возиться. Разрываясь между важными делами и обещанием другу развлечь в Москве неприспособленного к нашей безумной жизни (и кириллице!) иностранца, я все-таки поехал в Шереметьево с табличкой «Patrick такой-то» и приготовился к исполнению повинности — обещал.

Патрик оказался милым жителем Ванкувера, и ужас от мысли, что придется общаться с каким-то непонятным человеком, сменился чем-то теплым и приятным, как будто ехал в приют брать драного уличного кота, а обнаружил на руках пушистую ласковую киску. Пытаясь втиснуть в несколько дней насыщенную программу первого пребывания канадца в России, я предложил ему пообедать в украинском ресторане, но в ответ услышал: «В Канаде украинцы давно захватили полобщепита», поэтому потащил Патрика опробовать грузинскую кухню.

У грузин, понятное дело, была свадьба, пьяные соседи вошли в раж и потащили нас танцевать под исполняемую живым ансамблем «Сулико». Я посмотрел на Патрика, как бы извиняясь за такое неудобство, но он был счастлив: не успел он пробыть в Москве и двух часов, как такое этническое приключение. В тот вечер мы переспали.
Уезжал Патрик из Москвы уже несвободным человеком… После месяцев переписывания в Фэйсбуке, сто раз произнесенного «Скучаю» и примерно такого же количества секса по Скайпу, я оказался в Ванкувере. Мне понравился этот третий по размеру канадский город у океана (в котором можно купаться недели две в году), где из-за дешевизны снимаются практически все зимние сцены в голливудских фильмах. Там тихо, свежий воздух, лес, прогулки по побережью и милые люди. Идеальный город для жизни. В старости.