Дальнейший путь они прошли в молчании. Перед выходом на смотровую, наконец вылизал анус Сырнопизды, и фея, наконец, смогла расслабиться с попой больше не полной спермы. Площадка казалась пустой, фонари не горели, и мраморные статуи возвышались темными силуэтами. Сырна тревожно оглядывалась, ей казалось, что на платформе что-то не так, но что именно — понять не могла. С площадки открывался прекрасный вид на небо. Звезды сияли брильянтовой россыпью, а луна была такой яркой и четкой, что казалось, будто, подпрыгнув, ее можно достать кончиком носа. Подойдя к парапету, фея глянула вниз. Отражением неба светились огни ночного Колчана. Ровные ряды фонарей окружало хаотичное мерцание из тредов, а фонарики улиточек, ползящих по городу, казались маленькими светлячками. Сырно положила голову на перила, и её спутница пристроилась рядышком. Шум борды почти не достигал площадки, и казалось, что они стоят в пустоте, со всех сторон окруженные звездами, а остального мира просто не существует. Няши долго стояли, прижавшись друг к другу, пока часы, отбившие десять ночи, не напомнили о существовании реального мира.

— Дитзи, ты обещала мне сказку про принца Петуха, — сказала Сырна, вернувшись из мира мечтаний.

«Далеко-далеко за лесами, полями и горами есть волшебная страна, — начала повествование. — Правит там великая волшебница по имени Гомандир. Однажды, она родила двух сестер, принцессу Говно и принцессу Моча».

— Подожди, — перебила ее Сырна. — Разве их не звали принцесса Сеймболл и принцесса Блэкрустер?

— Это другая сказка, — ответила Дитзи. — Может, у них было много имен, а может это были разные принцессы, но в этой сказке их зовут принцесса Говно и принцесса Моча.

— Извини, продолжай, пожалуйста.

«Сестры выросли могучими волшебницами. Волшебница Гомандир создала для них новую парашу, и послала сестер ее обустраивать. Но злой дракон по имени Очкопетух решил их поссорить. Принцессе Говно он рассказал, будто принцесса Моча хочет заточить ее в темнице и править страной в одиночку, а принцессе Моча он рассказал, будто это принцесса Говно задумала злодейство. Пока сестры летели в свою парашу, они стали таиться и следить друг за другом и, в конце концов — поругались. Прилетев, они поделили парашу пополам, и стали править каждая своей частью. Принцесса Говно залила свою часть параши говном, от чего она превратилась в жаркую пустыню, без единой речки или ручейка. Принцесса Моча облила свою часть страны мочой, от чего она вся застыла в оковах холода. Поняв, что они натворили, сестры бросились друг к другу, чтобы помириться, но Очкопетух не теряя время даром, разделил их горами, такими высокими, что ни один мудак не перелетит и такими крутыми, что ни один клоун не вскарабкается. Узнав об их несчастье, волшебница Гомандир послала на выручку их брата, которого звали принц Петух. Принц Петух был могучим воином, неустанно преследующим любое зло. Прилетев на помощь сестрам, он своим волшебным гребешком разрезал горы Очкопетуха и воссоединил сестер. С тех пор сестры правили парашей вместе, вернув миру гармонию говна и мочи. Злой дракон Очкопетух, испугавшись силы принца Петуха, убежал за край света и больше его не видели. Принц Петух вернулся к волшебнице Гомандиру и стал помогать ей править парашей. Под его защитой никто и никогда больше не смел на неё посягать».

— А эта сказка точно имеет отношение к нашему миру, — заявила Сырно.

— Почему?

— Нашу планету тоже разделяют поясные горы, а про Макакин перевал нам в школе рассказывали. Он и правда выглядит, как вырезанный большим огненным гребешком.

— Ты там была? — удивилась .

— Нет, — покачала головой Сырна. — Видела на смешных картинках.

— Только я не знаю, зачем бы кому-то понадобилось прорезать проход, — задумчиво сказала Дитзи. — Поясные горы не такие уж и высокие, любой мудак перепрыгнет за полчаса.

Внезапно в ночной тиши раздался мелодичный смешок. Вздрогнув, Сырна обернулась и заметила, как одна из статуй поворачивает голову, прикрывая личико рукой. «Гав…» — начала было Дитзи, но тут возник огонек, ярко осветивший смотровую, и сразу стало понятно «кто». Смущенно потупившись, преклонила голову. Сырночка, дрожа от испуга, последовала ее примеру.

— Дети, простите, что испортила вам свидание, — произнесла Мод-тян. Невольно сморщив носик, она добавила: — Сырно, я не собираюсь банить тебя, успокойся.

— Гав гав, — начала оправдываться Дитзи. — Гав гавгав ГАВ ГАВ гав!

«ЩИТО?!» — так и читалось на лице Сырны, повернувшейся к спутнице.

— Гав, рвафф гав гав, — шепнула ему .

— Ничего, мне было приятно на вас смотреть, это моя несдержанность все испортила, — Мод-тян досадливо покачала головой. — Дитзи, ты давно ко мне не заходила.

— Гав, гав!

— В любом случае, я рада, что у тебя появилась такая симпатичная подруга, — Мод-тян хотела еще что-то сказать, но была прервана внезапно возникшим из воздуха свитком.

— Опять дела, ни минуты покоя, — проворчала она, развернув свиток. — До свидания Дитзи, не забывай, что можешь приходить в любое время. Доброй ночи, мисс Сырно.

Оседлав банхаммер, Мод-тян взлетела. Она не любила телепортироваться в пределах дворца без особой необходимости. Мерцающий шарик стал затухать и постепенно исчез.

— Ну? — Сырна нетерпеливо повернулась к своей .

— Гав гав Гав гав рвафф гавгав рфвуфффф рфв-рф… — с трудом подбирая слова, начала она объяснения.

— В школу для соса… — удивленно воскликнула Сырна. Хотя она заткнулась не договорив, Дитзи съежилась, как от удара. — Прости, я не это хотела…

— Гав, гав вфф гав гав рфаф, — жестко сказала , вскинув голову.

— Прости!

— Гав.

— А тебе Мод-тян разве не могла помочь?

— Гавгав гав гав? Гав гав гав. Рф, рвафф гав гав гав…

— Милая, для меня это не имеет значения, я люблю тебя такой, какая ты есть.

Дитзи застыла, широко раскрыв глаза и затаив дыхание. По ее телу пробежала дрожь.

— Гав гав Гав Гав гав… — прошептала она севшим голосом.

— Я сказала… — она, вдруг, сообразила, что имела в виду подруга: — Я тебя люблю, Дитзи!

— Гав гав гав! — прошептала в ответ.

Весьма поучительная история.

Ты ссылки на предыдущие части вставляй в ОП-пост.

Мне не нравится, минус.

Бля, конец забыл.

Она обняла ее и, сжав писечку зубами, провела язычком по внутренней стороне. На секунду замерев, сердце Сырны гулко застучало, как после пробежки. Когда закружилась голова от недостатка кислорода, она вспомнила про жизненную необходимость такой вещи, как дыхание, и шумно вдохнула.

— Гав гав, — сказала , когда башенные часы коротко звякнули, отбив половину часа. — Гав рваф гав гав? Гав гав рвфав…

— Ладно, я зажгу свой факел.

Сырно достала из сумки страпон и коробок. Прикрыв спичку от ветра, она почиркала, подожгла фитилек и, укрепив страпон на трусиках, направилась к лестнице. Спустившись к входу, на прощание потерлась носом о ногу любимой и побежала вниз по /d/-стрит.

>>1165206>>11­65202

>>1165208
>>1145467
>>1155395

>>1165210
А вторая где?

>>1165211
В комментах первой.

Теперь ты колумнист издания Одинчан, держи марку, пость еще.

Или лучше будет сказать «каломнист».

>>1165215>>11­65214
Это большая честь для меня, товарищ Пидорме!

Я не он.

>>1165217
Конечно-конечно, товарищ Пидорме, вы не он.

>>1165190

(которая была похожа вкусом на два чая)

Это ты зря.