43-летний мужчина почти всю жизнь провел в комнате коммунальной квартиры площадью 10 метров. Затворник впервые вышел на улицу после смерти матери.

Его жизнь полностью изменилась после смерти отца. Тогда мать, вернувшись с похорон, увидела, как соседские мальчишки издеваются над ее сыном, и решила, что никогда не допустит издевательств над ребенком-безотцовщиной. И посадила сына в заточение.

Так Дмитрий оказался на долгих 33 года заперт в собственной комнате.

— Она, даже когда готовила еду, Димку из комнатухи не выпускала, — рассказывает сосед и друг детства Дмитрия Станислав Кабонин. — Он из-за двери просил покушать. Мылся тоже в комнате. Когда я был и сам маленький, меня это не удивляло, но когда вырос, то понял, что это ненормально.

Сам Дмитрий, на первый взгляд, является шутником и балагуром, любит рассказывать матерные анекдоты и поет песни зарубежных ретрозвезд, однако, едва речь заходит о его детстве или о матери, он сразу замыкается.

После 33 лет заточения затворник вынужден был окунуться во взрослую жизнь со всеми ее проблемами и невзгодами. Дмитрий немного поработал курьером, а потом, выхлопотав через соцзащиту маленькую пенсию по инвалидности, снова ударился в затворничество.

Из друзей у Кувалдина есть только сердобольные старушки, которые подкармливают его, вяжут носки, заботятся как могут.

— Из детства я ничего не помню. Кому какая разница, что со мной происходило! — удивляется Кувалдин.

Дмитрий довольно образован. Он перечитал массу книг, с ходу цитирует Станиславского, имеет приличную коллекцию советских пластинок. А еще особой гордостью Кувалдина является его суперколлекция игрушечных автомобилей. На нее он тратит большую часть своей скромной пенсии.

— Сейчас уже больше тысячи моделей набралось, — с гордостью демонстрирует машинки так и не повзрослевший Дмитрий. — Собираю я их везде, где получится. Что-то покупаю, что-то дарят. Ни одной одинаковой нет!