Дверь с грозной надписью «Замаскированный командный пункт. Посторонним не входить — стреляют» наконец на пятом часу поддалась плазменным резакам и рухнула. Сначала был выслан вперед портативный робот разведчик, посланный осторожным проводником Фоксиком. Фоксик работал на обанкротившееся давно и безвозвратно охранное агентство «самечан». Агенство на корню купила корпорация «ПавликДуровДаун». И забыла о нем. Фоксик был туп, но когда пнешь — исполнителен.

Разведчик вернулся невредимым. Лазерных лучей не обнаружено, мин нет, сигнализация не работает давно. Все кабели перегрызли крысы. Крысы валялись возле кабелей, кстати. Все капсулы с ядовитым газом были израсходованы на них, видимо. Фокс спрятал робота в карман, и первым в помещение вошел Марио. Это было большое складское помещение, где вместо окон — средневековые готические витражи. Где стояли, а где лежали полуразрушенные временем стелажи, валялись расколотые ящики , на полу блестели груды компакт-дисков. Стояли одиночные витрины с какими-то артефактами, но издалека было не рассмотреть, с чем именно. Инсектофоб посмотрел на данные своего сверх-скафандра, оборудование которого на порядок превосходило возможности скафандров его спутников. Насекомых нет, микробов нет, вдоль стен мерцает ультрафиолет бактерицидных ламп.
Хрюн поднял какой-то компакт и сломал его, по своей свинской привычке. Инс снял шлем и осторожно вдохнул. Воздух был перестоявшийся, крепкий, но не затхлый. И пахло интригой и приключениями. Андреналин подскакивает на раз с одного глотка такого воздуха. Инсектофоб был внуком того самого олдфага-Инсектофоба, который хитростью, деньгами и иезуитскими интригами сумел создать три анонимных полигона на старых интернет-площадках «альфач», «эксач» и «радио ЗКП». Все проекты влились в новую соцсеть, интегрированную даже не в мобилы, а в коммуникативные приборы нового поколения — аудио-визоры. Очки с наушниками и кристаллическим процессором не просто были
средством развлечения с фильмами и клипами, чатом интернет-магазинами, Онизаботились о
владельце, давая сигнал тревоги в случае опасности и генерируя нужные импульсы. Они отключали мотор мчавшегося на пешехода автомобиля за 30 метров, берегли от ям на дороге и многое другое. Дедушка Инса был первым, кто распознал успех проектов и подсуетился, хотя все вокруг него тогда погрязли в скепсисе и лени. Говорят, что дед выходил на связь с таинственной организацией
школьников пятиклассников, состоящей всего из из двух человек. И что их звали ЗКП. Причем дело продолжил отец Инса, а с ним по-прежнему контактировали школьники. Инс один раз подслушал их разговор. Половины шуток он не понял, но впервые видел отца , который хохотал во все горло, колотил рукой по столу и кричал «ну жжоте, шмели! Эта пять! Наебать личинок бомберовича, у которых днк анимэтаджа — угарно, ахахаха!». Тогда он дал себе слово, что однажды узнает историю их семьи и тайну пятиклассников. Но везде он натыкался на «доступ закрыт», «тред забанен», «ЗКП удален». Везде на всех документах стояла фальшивая печать «Алекс Хуевич Завицкий». Инс вышел на него. Хуйзавицкий оказался ссыкло и подонок, пытался прикрыться липовыми связями, но Инс был мульти-триллионер, и против него не существовало законов. Завицкий выдал явки таджикского анимэ и умер в бетономешалке. В обнимку со своими любимыми утюгами, которые больно обожгли его любовью напоследок. «Я цп не вайпал же» — успел крикнуть он напоследок. Надо будет узнать, что такое цп, подумал тогда Инс.